Храм Спаса Нерукотворного Образа

Русская Православная Церковь, Выборгская епархия

+7 (813-70) 34-486
Всеволожск, ул. Шишканя 11А
закрыть

Притча о милосердном Самарянине

 Дорогие братия и сестры. Каждый человек, кто не первый день в храме Божием, посещает богослужения, прекрасно знает, что для христианина есть две самых главных заповеди, кото-рые мы узнаём, из Священного Писания — это заповеди о любви к Богу и к ближнему. Их невозможно отделить одну от другой, рассмотреть независимо и как отдельно взятые — они взаимосвязаны.

     Эту взаимосвязь любви к Богу и к ближнему очень понятно объяснил великий подвижник — преподобный Авва Дорофей. Он из области геометрии рассматривал окружность, от которой идут радиусы к центру. Радиусы — это судьбы людские, стремящиеся к точке, а точка — это Бог. И когда радиусы приближаются к этой точке, они, естественно, становятся ближе друг к другу. И таким образом, по мере укрепления веры в жизни человека, он, естественно, приобретает в своём сердце любовь к ближнему. Мы не можем представить себе подвижника, достигшего высокой степени духовной жизни, который ненавидит ближних, который грубо с ними общается, который замыкается от них, презирает, гнушается и так далее. Мы видим это на примере святых подвижников, святых отцов и подвижников нашего времени, например, таких, которые известны всем: приснопамятный отец Иоанн Крестьянкин, протоиерей старец Николай с острова Залита, наш дорогой, любимый священник отец Василий Ермаков — они все светились любовью к людям. Общение с ними приносило радость, и люди черпали силы, и радость входила в их жизни.

     Евангелие, которое вы слышали сегодня за Божественной литургией, говорит о том же: о любви к Богу и к ближнему. Один человек, сведущий в законе, испытывая Господа, может быть, искушая Его, желая поймать на неправильном ответе, заподозрить в недостоверном знании Священного Писания и неправильном его понимании, а может, просто желая уяснить для себя, правильно ли он выстраивает свою религиозную жизнь, спросил: «Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?» (Лк. 10;25). Это великолепный, извечный вопрос, который должен занимать каждого из нас. Но, дорогие, как мало людей, которые задумывают-ся над этим.

     И мы с вами иногда живём так, как случается, как заведённый механизм часов. С утра всё распланировано: в полседьмого – семь часов подъём, лёгкий завтрак, потом на работу едем, успеваем до восьми часов, потом с работы возвращаемся, а там ужин, телевизор, новости последние, а ещё если на сериальчик подсел — и не выключить телевизор… Прости нас, Господи. А там нужно и спать ложиться, а на молитву вечернюю есть ли время, а может нет, а может ещё посмотреть что-нибудь захватывающее, интересное. И всё: человек, как заведённый механизм, превращается в робота. И нет в этой жизни ни мысли о Боге, ни мысли о вечном, важном, самом главном. И редко мы с вами задаём себе вопрос, сверяем себя со Священным Писанием — как жить, чтобы не зря прожить, чтобы жизнь имела продолжение в вечности, в соединении с Богом?

     Этот законник всё-таки держал этот вопрос в сфере своего внимания, и, видя во Христе необыкновенного Учителя, желал сверить правильность своего отношения к Священному Писанию и к жизни.

     Господь отвечает вопросом на его вопрос: «в законе что написано? как читаешь?» (Лк. 10;26).  И он безошибочно говорит: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя» (Лк. 10;27). Когда о Боге речь идёт, тогда вроде всё понятно там рассказано. Эту заповедь по-другому не понять — Бог на первом месте, Он самый главный предмет устремлений в нашей жизни. Он во всех наших человеческих взаимоотношениях на первом месте; потом жена, потом дети, потом муж, потом родственники по крови, потом знакомые, все потом. Бог — на первом месте.

     А вот как ближнего своего возлюбить, как самого себя? Вроде бы, критерий тоже ясен. Но как мы сами себя любим, себя любимого, дорогого? Как мы ублажаем свою плоть? Этот критерий тоже приводится в Священном Писании, как образец для супружеской любви: «Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее» (Еф. 5;29). Питает вкусненько, деликатесами, по несколько раз в день. Питает и греет: и одежда хорошая, и бренды хорошие и современные, стильные; важно, чтобы и фигурку подчеркивало, и многие другие вещи.   Поэтому любовь к самому себе в силу эгоизма, в силу греховности человека, порой превосходит приемлемые формы и перерастает в грех.

     Иудеи видели и понимали ближнего, как своего соплеменника, как иудея, не более того. «Возлюби ближнего твоего иудея», а всех остальных они ненавидели, считали врагами, изгоями, людьми второго сорта. И до сих пор можно встретить такое понимание закона у иудеев, не знающих Христа. Если не верите, то зайдите в Иерусалиме, например, в гробницу пророка Давида. И вам всё станет ясно, как вас «любят» иудеи, с какой «любовью» они будут вас приглашать прикоснуться к гробнице.

     Поэтому и этот законник совершенно так же понимал, как его воспитывали: любовь одно-бокая, любовь только к своим соплеменникам, к иудеям и всё. И Господь, желая поправить понимание в знании закона этого человека, не сказал сразу, что надо думать по-другому, а ответил иносказанием — притчей о милосердном самарянине.

     Один человек шёл из Иерусалима в Иерихон и попал к разбойникам, которые избили его, ограбили, бросили его, оставив еле живым, и ушли. Мимо проходили несколько путников: священник ветхозаветной Церкви, левит — это низшие церковные служители, помогающие при богослужении в Иерусалимском храме. Они прошли мимо, а потом шёл самарянин. Самаряне — это народность, которая вышла из иудеев, но из-за смешанных браков с поработителями они отошли от правильного понимания Священного Писания, от чистоты ветхозаветной религии и образовали свою религию, как смесь ветхозаветных обрядовых традиций, в которую были привнесены некоторые языческие моменты. Иудеи считали их сектантами, отщепенцами, предателями родной веры и родной страны.

          А самарянин, тем не менее, поступил совершенно по-христиански, благородно, чудесным образом, порой, не понятным для нас. Проезжая на осле, он остановился, увидев израненного человека, обвязал его раны, вероятно, разорвав при этом свою одежду, вряд ли он «аптечку скорой помощи» вёз с собой на ослике, маслом умягчил раны, вино возлил, дезинфицировав эти раны, потом посадил его на своего осла, а сам пошёл пешком до ближайшей гостиницы. Там его поселил в комнате и дал денег хозяину гостиницы, чтобы тот позаботился о нём. И на следующее утро, уезжая, сказал хозяину: «позаботься о нём; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе» (Лк. 10;35). Это милосердие, которое проявил самарянин, ставится нам в пример для подражания, как верный ориентир в нашей жизни.

      Затем Господь, когда рассказал эту притчу, обращается к законнику: «Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам?» (Лк. 10;36). И он ответил: «оказав-ший ему милость». Тогда Иисус сказал ему: «иди, и ты поступай так же!». Этот призыв и к нам обращен сегодня: «иди, и ты поступай так же!»

     Дорогие братия и сестры. Эта притча, помимо буквального своего прочтения, имеет некий аллегорический смысл, духовный, смысл таинственный. Он просматривается так же, как в притче о блудном сыне. Иудей, который уходил из Иерусалима и попал к разбойникам — это блудный сын. Иерусалим — это центр богопочитания, это рай на земле. Этот иудей уходит из Иерусалима в Иерихон. А Иерихон — это город, который являлся символом порока, разврата и всяческого греха, как современные мегаполисы. Кроме того, Иерихон представлял из себя цветущий оазис с субтропическим климатом, с роскошными пальмами, с цветущей раститель-ностью. Это был райский островок среди пустыни. И в силу роскошного климата, и природы, и богатства этого города, великие и страшные грехи там преизобиловали.

     Этот человек шёл из Иерусалима в Иерихон, значит, уходил от Бога. В Иерусалиме, там, где Бог, ему было неинтересно, он уходил в страну далече, как блудный сын, и попал к разбойникам. А разбойники — это бесы, которые избили его, потому что ненавидят человека, завидуют его возможному блаженству и спасению в вечности. И оставили его едва живым, потому что час его ещё не пробил, и покинули его. А милосердный самарянин — это Сам Господь наш Иисус Христос, Который погибшее, заблудшее овча берёт на Свои плечи и, взыскав, обретает и спасает. Для Него нет человека ненужного, второстепенного, обделён-ного, ущербного, каждого Он любит необыкновенно, как самого драгоценного и любимого Им, Небесным Отцом.

      Эта притча является также историей о всём согрешившем роде человеческом. В этом иудее, уходящем из Иерусалима, мы можем усмотреть Адама, который покидает рай, который стал подвержен многим грехам и воздействию злых демонических сил, и мы, его потомки, тем более. Ну и, наконец, дорогие братия и сестры, эта история каждого из нас. Как только человек уходит от Бога, как перестаёт регулярно причащаться, регулярно посещать храм, тотчас он становится подверженным влиянию злых духов, снимается защитный покров благодати Божией, он остаётся беззащитен перед миром злых сил. Эти злые силы, как говорится в Священном Писании, будучи изгнанными из человека, потом приходят вновь и находят это место, или душу человеческую, очищенную, прибранную, как светлую горницу, и входят туда с ещё более злейшими духами и живут там, и обладают человеком (ср. Мф. 12;45 и Лк. 11;26).

     Этот уход от Бога на страну далече ведёт к гибели. Грех вначале прельщает, как пышный, роскошный город Иерихон, грех обольстителен, он всегда в красивой оболочке, красивыми посылами входит в жизнь человека, а потом приводит к разочарованию, к унынию, к отчаянию, к самой смерти и нежеланию жить. И человек теряет радость и смысл жизни, теряет образ Божий, всё теряет. И не знаешь, как его вернуть к жизни. И уже обычных оздоровительных мероприятий оказывается недостаточно: врачебной и медикаментозной помощи, психотерапевтов и других узких специалистов, врачующих и тело, и душу. Она совершенно необходима, потому что человек не может из этого состояния выйти сам, потому что душа его настолько повредилась, настолько бесы надругались над человеком, что вернуться к нормальной жизни, которая потеряна, порой очень и очень сложно.    

     Далее, дорогие, речь идёт в этой притче о милосердии к ближним. Понятно, что в творении добра должна быть постепенность. Апостол Павел говорит, что тот, кто не заботится о своих близких, кровных, тот хуже язычника (ср. Тим. 5;8). Любить надо начинать с самых близких, родных: с сына, с дочери, с мужа, с жены. Не любя близких, о других и думать нечего, это иллюзия и самообман. И поэтому надо разобраться в этом узком круге близких родственников, среди которых Господь благословил тебе жить на этой земле. А далее постепенно: дальние родственники, собратья по вере и так далее. Этот круг расширяется постепенно усилием воли человека в стремлении сделать как можно больше добра в жизни. Только наивно думать, что прослушав об этой заповеди любви к ближнему, мы с сегодняшнего дня, как некие альтруисты, должны полюбить весь мир, включая и Европу, и Америку, и все расы, и все народности, всех обнять своей необъятной любовью. Как заметить в такой любви самого человека? Поэтому любовь должна быть постепенной. Но в этой притче Господь дарует идеал любви христианской, которая должна быть направлена не только к близким родственникам, не только к собратьям по вере, а ко всякому человеку, попавшему в беду, ко всякому, кто нуждается в твоей помощи, в твоей поддержке и утешении. Это очень и очень непросто сделать.

     И когда мы рассматриваем эту притчу, она нам кажется такой красивой, такой поэтичной, таким прекрасным рассказом. Но давайте представим себе реальную ситуацию. Сколько раз, дорогие братия и сестры, мы с вами видели на улице наших городов и сёл такую картину, когда лежит на дороге человек: то ли пьяный, то ли с сердцем плохо, то ли уже умер? Каждый день можно увидеть такую ситуацию. И как мы относимся к этому? Едем на машине – повы-шенную передачу, педаль газа посильнее нажмём и так далее, поступаем точно так же, как ветхозаветный священник и левит. А знаете, почему левит прошел мимо? А он увидел, что священник-то прошёл мимо, и он подумал, что если старший по званию человек прошёл мимо, так ему тоже негоже останавливаться, выслуживаться. Он потом в храме встретится с ним, будет как-то неудобно, его поступок будет обличением другого. Почему священник не остановился? Может, спешил. Куда он спешил? Он в храм на богослужение шёл. Подумаешь, кого-то заметил на дороге, нельзя опаздывать.

     И мы так с вами поступаем. Видим – лежит, жив или мёртв? Нам некогда, на работу или куда-то опаздываем. Потом, если это вечером, мы думаем, а вдруг в кустах его собратья-бандиты какие-нибудь прячутся. Остановишься, из дорогой машины выйдешь, а после машины своей не увидишь. Нет, лучше проехать мимо, лучше не останавливаться. А третий момент, почему священник ветхозаветный не оказал помощь. Он подумал, что, может быть, он уже умер, раны-то не совместимые с жизнью, зачем время тратить? И мы с вами так думаем.

     Дорогие, представим, а возможно ли было бы в идеале поступать нам так же, как самарянин? Ты должен был забрать его, в свою машину посадить, машины нет – значит, на плечи взять, домой такси нанять, отвезти, вымыть, накормить, скорую помощь вызвать, заплатить и так далее. Вот как в притче сказано. Но мы с вами не можем так поступить в силу эгоизма, в силу брезгливости ко всем обделённым. Но хотя бы какое-то элементарное внимание проявить нужно: остановиться, скорую вызвать, посмотреть, бьется ли сердце. Может, поднять со снега и посадить на скамейку, чтобы не отморозил конечности, воспаление лёгких не получил. Хоть что-то нужно сделать, проявить внимание к человеку. Об этом притча сегодняшняя, о любви к каждому человеку, который требует твоей помощи. На этот момент жизни твоей, отпущенной Богом, он является твоим ближним. В каждом ближнем нуждающемся мы в идеале должны видеть Самого Христа. В житиях святых великое множество примеров, когда в лице нуждаю-щегося человека помощь принимает Сам Христос.

     Поэтому, дорогие, дай Бог, чтобы эта притча как-то заставила нас задуматься, растопила лёд нашего эгоизма, жестокосердия и чтобы мы стремились к любви. А стремиться как? Надо не просто мечтать о ней, а быть готовыми к совершению конкретных поступков, которые свидетельствуют о любви к ближнему. Аминь.

26 ноября 2016

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа

 Дорогие братия и сестры. Каждый человек, кто не первый день в храме Божием, посещает богослужения, прекрасно знает, что для христианина есть две самых главных заповеди, кото-рые мы узнаём, из Священного Писания — это заповеди о любви к Богу и к ближнему. Их невозможно отделить одну от другой, рассмотреть независимо и как отдельно взятые — они взаимосвязаны.

     Эту взаимосвязь любви к Богу и к ближнему очень понятно объяснил великий подвижник — преподобный Авва Дорофей. Он из области геометрии рассматривал окружность, от которой идут радиусы к центру. Радиусы — это судьбы людские, стремящиеся к точке, а точка — это Бог. И когда радиусы приближаются к этой точке, они, естественно, становятся ближе друг к другу. И таким образом, по мере укрепления веры в жизни человека, он, естественно, приобретает в своём сердце любовь к ближнему. Мы не можем представить себе подвижника, достигшего высокой степени духовной жизни, который ненавидит ближних, который грубо с ними общается, который замыкается от них, презирает, гнушается и так далее. Мы видим это на примере святых подвижников, святых отцов и подвижников нашего времени, например, таких, которые известны всем: приснопамятный отец Иоанн Крестьянкин, протоиерей старец Николай с острова Залита, наш дорогой, любимый священник отец Василий Ермаков — они все светились любовью к людям. Общение с ними приносило радость, и люди черпали силы, и радость входила в их жизни.

     Евангелие, которое вы слышали сегодня за Божественной литургией, говорит о том же: о любви к Богу и к ближнему. Один человек, сведущий в законе, испытывая Господа, может быть, искушая Его, желая поймать на неправильном ответе, заподозрить в недостоверном знании Священного Писания и неправильном его понимании, а может, просто желая уяснить для себя, правильно ли он выстраивает свою религиозную жизнь, спросил: «Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?» (Лк. 10;25). Это великолепный, извечный вопрос, который должен занимать каждого из нас. Но, дорогие, как мало людей, которые задумывают-ся над этим.

     И мы с вами иногда живём так, как случается, как заведённый механизм часов. С утра всё распланировано: в полседьмого – семь часов подъём, лёгкий завтрак, потом на работу едем, успеваем до восьми часов, потом с работы возвращаемся, а там ужин, телевизор, новости последние, а ещё если на сериальчик подсел — и не выключить телевизор… Прости нас, Господи. А там нужно и спать ложиться, а на молитву вечернюю есть ли время, а может нет, а может ещё посмотреть что-нибудь захватывающее, интересное. И всё: человек, как заведённый механизм, превращается в робота. И нет в этой жизни ни мысли о Боге, ни мысли о вечном, важном, самом главном. И редко мы с вами задаём себе вопрос, сверяем себя со Священным Писанием — как жить, чтобы не зря прожить, чтобы жизнь имела продолжение в вечности, в соединении с Богом?

     Этот законник всё-таки держал этот вопрос в сфере своего внимания, и, видя во Христе необыкновенного Учителя, желал сверить правильность своего отношения к Священному Писанию и к жизни.

     Господь отвечает вопросом на его вопрос: «в законе что написано? как читаешь?» (Лк. 10;26).  И он безошибочно говорит: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя» (Лк. 10;27). Когда о Боге речь идёт, тогда вроде всё понятно там рассказано. Эту заповедь по-другому не понять — Бог на первом месте, Он самый главный предмет устремлений в нашей жизни. Он во всех наших человеческих взаимоотношениях на первом месте; потом жена, потом дети, потом муж, потом родственники по крови, потом знакомые, все потом. Бог — на первом месте.

     А вот как ближнего своего возлюбить, как самого себя? Вроде бы, критерий тоже ясен. Но как мы сами себя любим, себя любимого, дорогого? Как мы ублажаем свою плоть? Этот критерий тоже приводится в Священном Писании, как образец для супружеской любви: «Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее» (Еф. 5;29). Питает вкусненько, деликатесами, по несколько раз в день. Питает и греет: и одежда хорошая, и бренды хорошие и современные, стильные; важно, чтобы и фигурку подчеркивало, и многие другие вещи.   Поэтому любовь к самому себе в силу эгоизма, в силу греховности человека, порой превосходит приемлемые формы и перерастает в грех.

     Иудеи видели и понимали ближнего, как своего соплеменника, как иудея, не более того. «Возлюби ближнего твоего иудея», а всех остальных они ненавидели, считали врагами, изгоями, людьми второго сорта. И до сих пор можно встретить такое понимание закона у иудеев, не знающих Христа. Если не верите, то зайдите в Иерусалиме, например, в гробницу пророка Давида. И вам всё станет ясно, как вас «любят» иудеи, с какой «любовью» они будут вас приглашать прикоснуться к гробнице.

     Поэтому и этот законник совершенно так же понимал, как его воспитывали: любовь одно-бокая, любовь только к своим соплеменникам, к иудеям и всё. И Господь, желая поправить понимание в знании закона этого человека, не сказал сразу, что надо думать по-другому, а ответил иносказанием — притчей о милосердном самарянине.

     Один человек шёл из Иерусалима в Иерихон и попал к разбойникам, которые избили его, ограбили, бросили его, оставив еле живым, и ушли. Мимо проходили несколько путников: священник ветхозаветной Церкви, левит — это низшие церковные служители, помогающие при богослужении в Иерусалимском храме. Они прошли мимо, а потом шёл самарянин. Самаряне — это народность, которая вышла из иудеев, но из-за смешанных браков с поработителями они отошли от правильного понимания Священного Писания, от чистоты ветхозаветной религии и образовали свою религию, как смесь ветхозаветных обрядовых традиций, в которую были привнесены некоторые языческие моменты. Иудеи считали их сектантами, отщепенцами, предателями родной веры и родной страны.

          А самарянин, тем не менее, поступил совершенно по-христиански, благородно, чудесным образом, порой, не понятным для нас. Проезжая на осле, он остановился, увидев израненного человека, обвязал его раны, вероятно, разорвав при этом свою одежду, вряд ли он «аптечку скорой помощи» вёз с собой на ослике, маслом умягчил раны, вино возлил, дезинфицировав эти раны, потом посадил его на своего осла, а сам пошёл пешком до ближайшей гостиницы. Там его поселил в комнате и дал денег хозяину гостиницы, чтобы тот позаботился о нём. И на следующее утро, уезжая, сказал хозяину: «позаботься о нём; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе» (Лк. 10;35). Это милосердие, которое проявил самарянин, ставится нам в пример для подражания, как верный ориентир в нашей жизни.

      Затем Господь, когда рассказал эту притчу, обращается к законнику: «Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам?» (Лк. 10;36). И он ответил: «оказав-ший ему милость». Тогда Иисус сказал ему: «иди, и ты поступай так же!». Этот призыв и к нам обращен сегодня: «иди, и ты поступай так же!»

     Дорогие братия и сестры. Эта притча, помимо буквального своего прочтения, имеет некий аллегорический смысл, духовный, смысл таинственный. Он просматривается так же, как в притче о блудном сыне. Иудей, который уходил из Иерусалима и попал к разбойникам — это блудный сын. Иерусалим — это центр богопочитания, это рай на земле. Этот иудей уходит из Иерусалима в Иерихон. А Иерихон — это город, который являлся символом порока, разврата и всяческого греха, как современные мегаполисы. Кроме того, Иерихон представлял из себя цветущий оазис с субтропическим климатом, с роскошными пальмами, с цветущей раститель-ностью. Это был райский островок среди пустыни. И в силу роскошного климата, и природы, и богатства этого города, великие и страшные грехи там преизобиловали.

     Этот человек шёл из Иерусалима в Иерихон, значит, уходил от Бога. В Иерусалиме, там, где Бог, ему было неинтересно, он уходил в страну далече, как блудный сын, и попал к разбойникам. А разбойники — это бесы, которые избили его, потому что ненавидят человека, завидуют его возможному блаженству и спасению в вечности. И оставили его едва живым, потому что час его ещё не пробил, и покинули его. А милосердный самарянин — это Сам Господь наш Иисус Христос, Который погибшее, заблудшее овча берёт на Свои плечи и, взыскав, обретает и спасает. Для Него нет человека ненужного, второстепенного, обделён-ного, ущербного, каждого Он любит необыкновенно, как самого драгоценного и любимого Им, Небесным Отцом.

      Эта притча является также историей о всём согрешившем роде человеческом. В этом иудее, уходящем из Иерусалима, мы можем усмотреть Адама, который покидает рай, который стал подвержен многим грехам и воздействию злых демонических сил, и мы, его потомки, тем более. Ну и, наконец, дорогие братия и сестры, эта история каждого из нас. Как только человек уходит от Бога, как перестаёт регулярно причащаться, регулярно посещать храм, тотчас он становится подверженным влиянию злых духов, снимается защитный покров благодати Божией, он остаётся беззащитен перед миром злых сил. Эти злые силы, как говорится в Священном Писании, будучи изгнанными из человека, потом приходят вновь и находят это место, или душу человеческую, очищенную, прибранную, как светлую горницу, и входят туда с ещё более злейшими духами и живут там, и обладают человеком (ср. Мф. 12;45 и Лк. 11;26).

     Этот уход от Бога на страну далече ведёт к гибели. Грех вначале прельщает, как пышный, роскошный город Иерихон, грех обольстителен, он всегда в красивой оболочке, красивыми посылами входит в жизнь человека, а потом приводит к разочарованию, к унынию, к отчаянию, к самой смерти и нежеланию жить. И человек теряет радость и смысл жизни, теряет образ Божий, всё теряет. И не знаешь, как его вернуть к жизни. И уже обычных оздоровительных мероприятий оказывается недостаточно: врачебной и медикаментозной помощи, психотерапевтов и других узких специалистов, врачующих и тело, и душу. Она совершенно необходима, потому что человек не может из этого состояния выйти сам, потому что душа его настолько повредилась, настолько бесы надругались над человеком, что вернуться к нормальной жизни, которая потеряна, порой очень и очень сложно.    

     Далее, дорогие, речь идёт в этой притче о милосердии к ближним. Понятно, что в творении добра должна быть постепенность. Апостол Павел говорит, что тот, кто не заботится о своих близких, кровных, тот хуже язычника (ср. Тим. 5;8). Любить надо начинать с самых близких, родных: с сына, с дочери, с мужа, с жены. Не любя близких, о других и думать нечего, это иллюзия и самообман. И поэтому надо разобраться в этом узком круге близких родственников, среди которых Господь благословил тебе жить на этой земле. А далее постепенно: дальние родственники, собратья по вере и так далее. Этот круг расширяется постепенно усилием воли человека в стремлении сделать как можно больше добра в жизни. Только наивно думать, что прослушав об этой заповеди любви к ближнему, мы с сегодняшнего дня, как некие альтруисты, должны полюбить весь мир, включая и Европу, и Америку, и все расы, и все народности, всех обнять своей необъятной любовью. Как заметить в такой любви самого человека? Поэтому любовь должна быть постепенной. Но в этой притче Господь дарует идеал любви христианской, которая должна быть направлена не только к близким родственникам, не только к собратьям по вере, а ко всякому человеку, попавшему в беду, ко всякому, кто нуждается в твоей помощи, в твоей поддержке и утешении. Это очень и очень непросто сделать.

     И когда мы рассматриваем эту притчу, она нам кажется такой красивой, такой поэтичной, таким прекрасным рассказом. Но давайте представим себе реальную ситуацию. Сколько раз, дорогие братия и сестры, мы с вами видели на улице наших городов и сёл такую картину, когда лежит на дороге человек: то ли пьяный, то ли с сердцем плохо, то ли уже умер? Каждый день можно увидеть такую ситуацию. И как мы относимся к этому? Едем на машине – повы-шенную передачу, педаль газа посильнее нажмём и так далее, поступаем точно так же, как ветхозаветный священник и левит. А знаете, почему левит прошел мимо? А он увидел, что священник-то прошёл мимо, и он подумал, что если старший по званию человек прошёл мимо, так ему тоже негоже останавливаться, выслуживаться. Он потом в храме встретится с ним, будет как-то неудобно, его поступок будет обличением другого. Почему священник не остановился? Может, спешил. Куда он спешил? Он в храм на богослужение шёл. Подумаешь, кого-то заметил на дороге, нельзя опаздывать.

     И мы так с вами поступаем. Видим – лежит, жив или мёртв? Нам некогда, на работу или куда-то опаздываем. Потом, если это вечером, мы думаем, а вдруг в кустах его собратья-бандиты какие-нибудь прячутся. Остановишься, из дорогой машины выйдешь, а после машины своей не увидишь. Нет, лучше проехать мимо, лучше не останавливаться. А третий момент, почему священник ветхозаветный не оказал помощь. Он подумал, что, может быть, он уже умер, раны-то не совместимые с жизнью, зачем время тратить? И мы с вами так думаем.

     Дорогие, представим, а возможно ли было бы в идеале поступать нам так же, как самарянин? Ты должен был забрать его, в свою машину посадить, машины нет – значит, на плечи взять, домой такси нанять, отвезти, вымыть, накормить, скорую помощь вызвать, заплатить и так далее. Вот как в притче сказано. Но мы с вами не можем так поступить в силу эгоизма, в силу брезгливости ко всем обделённым. Но хотя бы какое-то элементарное внимание проявить нужно: остановиться, скорую вызвать, посмотреть, бьется ли сердце. Может, поднять со снега и посадить на скамейку, чтобы не отморозил конечности, воспаление лёгких не получил. Хоть что-то нужно сделать, проявить внимание к человеку. Об этом притча сегодняшняя, о любви к каждому человеку, который требует твоей помощи. На этот момент жизни твоей, отпущенной Богом, он является твоим ближним. В каждом ближнем нуждающемся мы в идеале должны видеть Самого Христа. В житиях святых великое множество примеров, когда в лице нуждаю-щегося человека помощь принимает Сам Христос.

     Поэтому, дорогие, дай Бог, чтобы эта притча как-то заставила нас задуматься, растопила лёд нашего эгоизма, жестокосердия и чтобы мы стремились к любви. А стремиться как? Надо не просто мечтать о ней, а быть готовыми к совершению конкретных поступков, которые свидетельствуют о любви к ближнему. Аминь.

Предыдущая проповедь

20 ноября 2016

Исцеление кровоточивой
Следующая проповедь

4 декабря 2016

Введение во храм Пресвятой Богородицы

Все проповеди за 2016 год

декабрь 2016

ноябрь 2016

октябрь 2016

сентябрь 2016

август 2016

июнь 2016

май 2016

апрель 2016

март 2016

февраль 2016

январь 2016

Разделы Сообщение Контакты
Отправить сообщение

Нажимая кнопку «Отправить», я даю свое согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с ФЗ №152-ФЗ от 27.07.2006 года «О персональных данных».

Православная местная религиозная организация Приход храма Спаса Нерукотворного Образа на «Дороге жизни» г. Всеволожска Выборгской Епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)

Ленинградская область, г. Всеволожск, ул. Шишканя 11А
8:00 - 20:00